Уходим победителями

« Назад

Уходим победителями 11.12.2017 16:33

Политолог Владимир Евсеев — о том, как победа России над террористами ИГ в Сирии позволила запустить процесс национального примирения и спасти страну

Сегодня президент России Владимир Путин прибыл на базу Хмеймим в Сирии, где его встретили сирийский лидер Башар Асад и министр обороны РФ Сергей Шойгу. Находясь на базе, глава нашего государства отдал приказ о начале вывода из Сирии российских военнослужащих: «Вы с победой возвращаетесь к своим родным очагам, к своим близким, родителям, женам, детям, друзьям. Родина ждет вас, друзья».

Основанием для этого стало то, что в провинциях Дейр-эз-Зор и Ракка ИГ (запрещено в России) прекратило свое существование как организованная сила. Успех России в Сирии обеспечила работа по двум основным направлениям. С одной стороны, ВКС нанесли значительный урон радикалам-исламистам и помогли сирийской армии и проиранским вооруженным формированиям освободить большую часть страны.

С другой стороны, с помощью внешнеполитических игроков был запущен процесс национального диалога в Сирии. Это позволило создать три зоны деэскалации: Южную в провинции Дераа, Восточная Гута в провинции Дамаск и еще одну — на севере провинции Хомс. В ближайшей перспективе четвертую зону деэскалации планируется сформировать в провинции Идлиб. Там режим примирения будут поддерживать Россия, Иран и Турция.

Еще более важно теперь, после победы над ИГ, запустить общесирийский диалог. Пока этому препятствуют как деструктивная деятельность США и Саудовской Аравии, так и отсутствие договоренностей между Москвой и Анкарой о разделении сил мониторинговых миссий в зоне деэскалации в Идлибе, о будущем курдского кантона Африн, а также о составе делегатов на Конгрессе сирийского национального диалога. Тем не менее компромисс обязательно будет найден, что позволит запустить процесс национального диалога на общесирийском уровне.

Возвращаясь к заявлению президента Владимира Путина о завершении военной операции в Сирии, нужно отметить, что, во-первых, речь не идет о полном выводе из Сирии российских ВС. РФ сохранит в этой стране свое военное присутствие как на авиабазе Хмеймим, так и в Тартусе. Их функции будут скорректированы с учетом складывающейся обстановки. По-видимому, теперь большое внимание будет уделяться подготовке сирийских военнослужащих, чем непосредственному участию в боевых действиях, в том числе путем нанесения ракетно-бомбовых ударов по радикалам-исламистам.

Во-вторых, президент Владимир Путин заметил: «Естественно, еще могут быть отдельные очаги сопротивления, но в целом боевая работа на этом этапе на этой территории закончена». Следовательно, российская группировка в Сирии будет и далее продолжать борьбу с радикалами, но постепенно эти функции будут всё более перекладываться на армию и специальные службы Сирии. При этом за российской стороной останется проведение воздушной и технической разведки, обеспечение противовоздушной обороны наиболее важных объектов, ведение радиоэлектронной борьбы и ряд других функций, которые пока сирийская национальная армия выполнять в полном объеме не способна. Таким образом, Россия продемонстрировала способность бороться с террористами за пределами своих границ.

В-третьих, позиции радикальной организации «Джебхат ан-Нусра» (запрещена в РФ) в целом существенно ослаблены. Но она пока полностью не сломлена, что всё еще требует сохранения в Сирии военного присутствия РФ.

Таким образом, победа над ИГ позволила российскому руководству заявить о прекращении в Сирии военной операции. Однако присутствие ВС РФ в этой стране сохраняется, что служит гарантией необратимости как окончательной победы над радикалами в некоторой перспективе, так и запуска процесса общесирийского диалога, в первую очередь на основе договоренностей между Россией, Ираном и Турцией. При этом Москва не отказывается от помощи других внешнеполитических игроков в лице, например, Вашингтона, Парижа и Эр-Рияда. Другой вопрос в том, насколько они сами готовы к такому сотрудничеству.

 

Автор — эксперт по безопасности и Ближнему Востоку, заместитель директора Института стран СНГ, политолог.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Источник